Как реально ограничить выбросы парниковых газов в России?

Эколог Николай Рыбаков объяснил, почему новый закон о декарбонизации не поможет снизить углеродный след крупным сырьевым гигантам страны

В третьем чтении Госдума приняла закон «Об ограничении выбросов парниковых газов». Это первый в России закон о сокращении эмиссии парниковых газов. И некоторые политики стали говорить о том, что этот документ поможет бизнесу осуществлять климатические проекты и приблизит Россию к выполнению Парижского соглашения.

Но, к сожалению, об ограничении выбросов парниковых газов говорится лишь в названии закона. Сам он не ведет к реальному снижению эмиссии — меры по ограничению выбросов в документе отсутствуют.

При ближайшем рассмотрении новый закон оказался по сути словарем, где даются определения понятиям, например, «климатический проект», «углеродная единица», «парниковые газы» и так далее. Но в нем не прописаны экономические стимулы и инструменты поддержки бизнеса, который хотел бы заниматься теми самыми климатическими проектами.

Закон обязывает крупных эмитентов предоставлять отчетность по выбросам. Но в нем нет ничего про верификацию, то есть никто не будет проверять эти отчеты компаний. Возникает вопрос — можно ли будет доверять цифрам от наших нефтяных, угольных и металлургических гигантов.

Если цель закона — создать условия для устойчивого и сбалансированного развития экономики России при снижении уровня выбросов парниковых газов, очевидно, что он должен помогать обеспечивать контроль за выбросами и снижать их.

Для этого он, во-первых, должен содержать в себе количественные данные по ограничению выбросов. Во-вторых, должно быть ясно, каким образом и в каком объеме компании обязаны платить за превышение лимитов на эмиссию парниковых газов. Также необходимо отрегулировать саму работу карбонового рынка по перезачету и продаже углеродных единиц. В-третьих, необходимо прописать экономические стимулы для компаний, которые вкладываются в климатические проекты.

Перед Россией стоит задача снизить углеродный след продукции, чтобы продавать товар в Европу без таможенных пошлин, которые вскоре введет ЕС. Этим документом мы хотели удивить европейцев и показать им, что мы цивилизованные и хотим с ними торговать? Но Европа не поверит в наши намерения, если мы будем принимать такие законы.

Сейчас у России самый углеродоемкий экспорт в мире, в скором времени мы не сможем торговать по старым правилам. От нашей нефти, угля, стали, электричества, сельскохозяйственной продукции и прочего будут отказывать по причине их высокого углеродного следа. Торговые углеродные пошлины со стороны ЕС обнулят наше конкурентное преимущество — низкую цену.

Декарбонизация — это серьезный и долгоиграющий мировой тренд. Это понимают не только в Европе. Мы можем потерять и крупный азиатский рынок. Китай, Япония, Корея уже объявили о планах по достижению углеродной нейтральности.

Необходимо прямо сейчас думать, что станет с Кузбассом через пару десятков лет, так как спрос на уголь падает. Что будет с жителями Липецка, Норильска и других городов, которые живут за счет металлургических предприятий, когда в мире не захотят больше покупать высокоуглеродную продукцию наших заводов?

Сейчас главы корпораций и чиновники на стадии отрицания, но в скором будущем это может вогнать Россию в социальный кризис: люди останутся без работы, а бюджет страны без доходов.

Ранее +1Платформа рассказывала, как бизнесу наладить систему раздельного сбора отходов

Фотографии: sharply_done / iStock