История Марата. «Я родился с раковыми клетками»

Инклюзивный проект Everland и +1Платформа запустили рубрику «1000 и один вопрос об онкологии». Марат Матшин из Казани рассказывает, как в 28 лет столкнулся с онкологией и что понял о жизни после тяжелого лечения.

Справка о Марате

Марат Матшин, 35 лет, живет в Казани, занимается бизнесом в сфере торговли. Женат, есть дочь, девять лет. В январе 2014 года ему поставили диагноз врожденный рак яичка II стадии. После лечения в ремиссии.

Важно: больше об онкологических заболеваниях репродуктивной системы можно узнать в проекте «Онконавигатор. Дорожные карты для пациентов».

Диагноз

В начале января 2014 года я почувствовал боль в пояснице, перетекающую в живот. Вызвал бригаду скорой помощи. Меня госпитализировали в больницу. Оказалось, что у меня кишечная непроходимость. На КТ был виден сгусток из лимфатических узлов, который сдавил кишечник. В больницу для консультации вызвали онкологов. Мне сделали экстренную операцию по устранению кишечной непроходимости. Взяли биопсию и сказали, что у меня рак яичка II стадии. Пока ждал результатов гистологии, лимфоузел под ключицей увеличился в размере — стадия перешла в III.

Оказалось, что я родился с раковыми клетками. Как правило, такой рак обнаруживают у мальчиков до пяти лет, но в моем организме клетки спали все 28 лет. Что заставило их проснуться, никто не знает.

В момент, когда мне сообщили диагноз, я ничего не почувствовал, но появилось жуткое желание что-то делать, начать лечение. Мои родные и близкие были шокированы, но свои эмоции не показывали.

Лечение

Мне назначили операцию по удалению пораженного раком органа. Дополнительных обследований не понадобилось. О дне операции я узнал за сутки. Все произошло очень быстро.

После операции назначили химию. Но после четырех курсов возник вопрос: «Что делать дальше?». Дело в том, что обнаружились остаточные опухоли размером более 1 см. Они находились вдоль аорты — делать операцию врачи в Казани отказывались. Это было опасно. Но моя супруга узнала, что в Москве, в онкоцентре им. Блохина, есть врач с огромным опытом проведения нужной мне операции. Доктор принял меня и согласился оперировать.

Меня госпитализировали в назначенный день, но операцию пришлось отложить на две недели. Сначала не было донорской крови в нужном объеме, а потом я внезапно простудился. Операцию мне сделали не очень удачно: был поврежден кишечник, но мне его подшили, затем назначили два курса закрепляющей химиотерапии.

У меня был очень низкий гемоглобин и сильная потеря веса. Но терапию я переносил хорошо. Уже после первого курса воспаленный лимфоузел под ключицей уменьшился в размере, и мне вернули II стадию рака.

Вторая химиотерапия далась труднее: была сильнейшая слабость, не было сил двигаться, при попытке встать темнело в глазах. Меня постоянно клонило в сон, не росли ногти, выпадали волосы, но где-то через две недели я начал нормально себя чувствовать.

Жизнь после

Для восстановления после химии мне понадобилось около четырех лет. Все это время я испытывал головные боли. Это случалось при резком движении, например при завязывании шнурков обуви, но постепенно все прошло.

В течение пяти лет после операции я делал КТ и сдавал кровь. В ремиссии я с осени 2014 года. Живу обычной жизнью. Из рекомендаций, которым надо следовать: не переохлаждаться, исключить процедуры, усиливающие кровообращение. Мне рекомендовали жить спокойно, чаще бывать на свежем воздухе, правильно питаться.

Болезнь разделила мою жизнь на «до» и «после». Очень многое в голове перевернулось: что-то стал больше ценить, к чему-то проще относиться. Я даже пытался заниматься большим теннисом. Но это оказалось тяжело. Сейчас мои физические нагрузки связаны с ходьбой средним темпом два-три раза в неделю по 10 км.

Ранее +1Платформа рассказывала про Дениса Смолякова из Москвы, который справился с раком щитовидной железы последней стадии и после удаления гортани живет счастливой полноценной жизнью.

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен.

Фотографии: istockphoto.com

Читайте также